Каталог книг

Брэдбери Р. 451' по Фаренгейту. Рассказы

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Великий, удивительный, абсолютно неподражаемый Рэй Брэдбери! Что бы вы ни читали: детективную историю "Смерть-дело одинокое", или роман "Надвигается беда", или "451 по Фаренгейту", или мистику, или постигали магический реализм его рассказов, все это - его собственный стиль, его собственное направление в литературе. В сборник вошли, ставшие уже хрестоматийными шедевры " 451 по Фаренгейту" и авторский сборник рассказов "Механизмы радости". "Перед нами писатель, заслуживший место в истории американской литературы. Спасибо таланту Брэдбери, создавшему мир своеобразный и неповторимый, спасибо нашей удаче, позволившей нам войти с ним в этот мир." Клайв Баркер

Характеристики

  • Код номенклатуры
    ITD000000000838379

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту. Рассказы Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту. Рассказы 382 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту 170 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту 145 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту 413 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту 353 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту 154 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Брэдбери Р. 451' по Фаренгейту Брэдбери Р. 451' по Фаренгейту 164 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Изложение: Брэдбери Рэй: 451° по Фаренгейту

Брэдбери Рэй: 451° по Фаренгейту

Брэдбери Рэй: 451° по Фаренгейту

Америка относительно недалекого будущего, какой она виделась автору в начале 50-х гг., когда и писался этот роман-антиутопия.

Тридцатилетний Гай Монтэг - пожарник. Впрочем, в эти новейшие времена пожарные команды не сражаются с огнем. Совсем даже наоборот. Их задача отыскивать книги и предавать огню их, а также дома тех, кто осмелился держать в них такую крамолу. Вот уже десять лет Монтэг исправно выполняет свои обязанности, не задумываясь о смысле и причинах такого книгоненавистничества.

Встреча с юной и романтичной Клариссой Маклеллан выбивает героя из колеи привычного существования. Впервые за долгие годы Монтэг понимает, что человеческое общение есть нечто большее, нежели обмен заученными репликами. Кларисса резко выделяется из массы своих сверстников, помешанных на скоростной езде, спорте, примитивных развлечениях в луна-парках и бесконечных телесериалах. Она любит природу, склонна к рефлексиям и явно одинока. Вопрос Клариссы: "Счастливы ли вы?" заставляет Монтэга по-новому взглянуть на жизнь, которую ведет он, а с ним и миллионы американцев.

Довольно скоро он приходит к выводу, что конечно же счастливым это бездумное существование по инерции назвать нельзя. Он ощущает вокруг пустоту, отсутствие тепла, человечности.

Словно подтверждает его догадку о механическом, роботизированном существовании несчастный случай с его женой Милдред. Возвращаясь домой с работы, Монтэг застает жену без сознания.

Она отравилась снотворным - не в результате отчаянного желания расстаться с жизнью, но машинально глотая таблетку за таблеткой. Впрочем, все быстро встает на свои места. По вызову Монтэга быстро приезжает "скорая", и техники-медики оперативно проводят переливание крови с помощью новейшей аппаратуры, а затем, получив положенные пятьдесят долларов, удаляются на следующий вызов.

Монтэг и Милдред женаты уже давно, но их брак превратился в пустую фикцию. Детей у них нет - Милдред была против. Каждый существует сам по себе. Жена с головой погружена в мир телесериалов и теперь с восторгом рассказывает о новой затее телевизионщиков - ей прислали сценарий очередной мыльной оперы с пропущенными строчками, каковые должны восполнять сами телезрители. Три стены гостиной дома Монтэгов являют собой огромные телеэкраны, и Милдред настаивает на том, чтобы они потратились и на установление четвертой "телестены" - тогда иллюзия общения с телеперсонажами будет полной.

Мимолетные встречи с Клариссой приводят к тому, что Монтэг из отлаженного автомата превращается в человека, который смущает своих коллег-пожарных неуместными вопросами и репликами вроде: "Были ведь времена, когда пожарники не сжигали дома, но, наоборот, тушили пожары?" Пожарная команда отправляется на очередной вызов, и на сей раз Монтэг испытывает потрясение. Хозяйка дома, уличенная в хранении запрещенной литературы, отказывается покинуть обреченное жилище и принимает смерть в огне вместе со своими любимыми книгами.

На следующий день Монтэг не может заставить себя пойти на работу. Он чувствует себя совершенно больным, но его жалобы на здоровье не находят отклика у Милдред, недовольной нарушением стереотипа. Кроме того, она сообщает мужу, что Клариссы Маклеллан нет в живых, - несколько дней назад она попала под автомобиль, и ее родители переехали в другое место.

В доме Монтэга появляется его начальник брандмейстер Битти. Он почуял неладное и намерен привести в порядок забарахливший механизм Монтэга. Битти читает своему подчиненному небольшую лекцию: "Двадцатый век. Темп ускоряется. Книги уменьшаются в объеме. Сокращенное издание. Содержание. Экстракт. Не размазывать. Скорее к развязке. Произведения классиков сокращаются до пятнадцатиминутной передачи. Потом еще больше: одна колонка текста, которую можно пробежать глазами за две минуты, потом еще: десять-двадцать строк для энциклопедического словаря. Из детской прямо в колледж, а потом обратно в детскую ".

Разумеется, такое отношение к печатной продукции - не цель, но средство, с помощью которого создается общество манипулируемых людей, где личности нет места.

"Мы все должны быть одинаковыми, - внушает брандмейстер Монтэгу. - Не свободными и равными от рождения, как сказано в конституции, а. просто одинаковыми. Пусть все люди станут похожи друг на друга как две капли воды, тогда все будут счастливы, ибо не будет великанов, рядом с которыми другие почувствуют свое ничтожество".

Если принять такую модель общества, то опасность, исходящая от книг, становится самоочевидной: "Книга - это заряженное ружье в доме у соседа. Сжечь ее. Разрядить ружье. Надо обуздать человеческий разум. Почем знать, кто завтра станет мишенью для начитанного человека".

До Монтэга доходит смысл предупреждения Битти, но он зашел уже слишком далеко. Он хранит в доме книги, взятые им из обреченного на сожжение дома. Он признается в этом Милд-ред и предлагает вместе прочитать и обсудить их, но отклика не находит.

В поисках единомышленников Монтэг выходит на профессора Фабера, давно уже взятого на заметку пожарниками.

Отринув первоначальные подозрения, Фабер понимает, что Монтэгу можно доверять.

Он делится с ним своими планами по возобновлению книгопечатания, пока пусть ничтожных тиражей. Над Америкой нависла угроза войны - хотя страна уже дважды выходила победительницей в атомных конфликтах, - и Фабер полагает, что после третьего столкновения американцы одумаются и, по необходимости забыв о телевидении, испытают нужду в книгах. На прощание Фабер дает Монтэгу миниатюрный приемник, помещающийся в ухе. Это не только обеспечивает связь между новыми союзниками, но и позволяет Фаберу получать информацию о том, что творится в мире пожарников, изучать его и анализировать сильные и слабые стороны противника.

Военная угроза становится все более реальной, по радио и ТВ сообщают о мобилизации миллионов. Но еще раньше тучи сгущаются над домом Монтэга. Попытка заинтересовать жену и ее подруг книгами оборачивается скандалом. Монтэг возвращается на службу, и команда отправляется на очередной вызов. На сей раз машина останавливается перед его собственным домом. Милдред доложила насчет книг куда нужно. Впрочем, ее донос чуть опоздал: подруги проявили больше расторопности.

По распоряжению Битти Монтэг собственноручно предает огню и книги и дом. Но затем Битти обнаруживает передатчик, которым пользовались для связи Фабер и Монтэг. Чтобы уберечь своего товарища от неприятностей, Монтэг направляет шланг огнемета на Битти.

Затем наступает черед двух других пожарников.

С этих пор Монтэг становится особо опасным преступником. Организованное общество объявляет ему войну.

Руководствуясь инструкциями Фабера, Монтэг уходит из города и встречается с представителями очень необычного сообщества. Оказывается, в стране давно уже существовало нечто вроде духовной оппозиции. Видя, как уничтожаются книги, некоторые интеллектуалы нашли способ создания преграды на пути современного варварства. Они стали заучивать наизусть произведения, превращаясь в живые книги. Кто-то затвердил "Государство" Платона, кто-то "Путешествия Гулливера" Свифта, в одном городе "живет" первая глава "Уолдена" Генри Дэвида Торо, в другом - вторая, и так по всей Америке. Тысячи единомышленников делают свое дело и ждут, когда их драгоценные знания снова понадобятся обществу. Возможно, они дождутся своего. Страна переживает очередное потрясение, и над городом, который недавно покинул главный герой, возникают неприятельские бомбардировщики. Они сбрасывают на него свой смертоносный груз и превращают в руины это чудо технологической мысли XX столетия.

С. Б. Белов Гай Монтэг - человек из мира будущего, которое рисуется в романе как урбанистическая антиутопия: небо разрывает грохот реактивных самолетов, по шоссе несутся реактивные авто, изощренная электроника обеспечивает тотальный контроль за населением, жизнь поглощена, а то и замещена телезрелищем. В то же время угроза насилия повседневна, ежеминутна - большая война разражается в финале романа и тут же кончается, оставив плеши пепелищ на месте густонаселенных городов. М.

- заурядный, но по статусу привилегированный обитатель этого странного мира. По профессии он пожарный, причем суть и назначение его ремесла прямо противоположны его пониманию. Дело пожарного - не спасать от огня хрупкие произведения человеческой культуры, а предавать их очистительному пламени, уничтожая запечатленные в книгах (451° по Фаренгейту - температура, при которой воспламеняется и горит бумага) историю, интеллектуальное богатство, сложность и проблематичность бытия. Пожарные защищают право большинства на беспамятство: цензоры, судьи и исполнители приговоров над интеллектуалами - диссидентами или просто чудаками, "выбивающимися из ряда". Они оберегают общественный покой, мертвенная сущность которого давно уже никому из рядовых граждан не заметна. Случайная встреча с Клариссой Маклеллан, семнадцатилетней оригиналкой, предпочитающей неповторимо-живое в природе и в людях искусственно-конформному, смущает безмятежный до той поры дух М., заставляет вдруг почувствовать себя несчастным и неспособным функционировать далее в предписанном социальном режиме. М. начинает читать запрещенную литературу (каковой является любая литература, от Священного Писания до стихов Мэтью Арнольда) и на этой почве сводит знакомство с бывшим профессором Фабером, который объясняет ему значение книг: они, с одной стороны, воспитывают чуткость, внимание к подробностям, с другой - "сшивают лоскутки вселенной в единое целое". Книги - основы сопротивления безличным и массовидным силам визуальной культуры, которые мнут человека как глину, стремительно, в обход разума, приводя его к заданным выводам. М. оказывается разоблачен в своем отступничестве и подвергнут для начала унизительному наказанию: его вынуждают спалить собственный дом с обнаруженными в нем книгами. С этого момента его тайное инакомыслие перерастает в явный и бескомпромиссный бунт.

Источник:

topref.ru

Краткое содержание - 451 по фаренгейту - Бредбери

Краткое содержание «451 по фаренгейту» Бредбери

Америка относительно недалекого будущего, какой она виделась автору в начале пятидесятых годов, когда и писался этот роман-антиутопия.

Тридцатилетний Гай Монтэг — пожарник. Впрочем, в эти новейшие времена пожарные команды не сражаются с огнем. Совсем даже наоборот. Их задача отыскивать книги и предавать огню их, а также дома тех, кто осмелился держать в них такую крамолу. Вот уже десять лет Монтэг исправно выполняет свои обязанности, не задумываясь о смысле и причинах такого книгоненавистничества.

Встреча с юной и романтичной Клариссой Маклеланд выбивает героя из колеи привычного существования. Впервые за долгие годы Монтэг понимает, что человеческое общение есть нечто большее, нежели обмен заученными репликами. Кларисса резко выделяется из массы своих сверстников, помешанных на скоростной езде, спорте, примитивных развлечениях в «Луна-парках» и бесконечных телесериалах. Она любит природу, склонна к рефлексиям и явно одинока. Вопрос Клариссы: «Счастливы ли вы?» заставляет Монтэга по-новому взглянуть на жизнь, которую ведет он — а с ним и миллионы американцев. Довольно скоро он приходит к выводу, что, конечно же, счастливым это бездумное существование по инерции назвать нельзя. Он ощущает вокруг пустоту, отсутствие тепла, человечности.

Словно подтверждает его догадку о механическом, роботизированном существовании несчастный случай с его женой Милдред. Возвращаясь домой с работы, Монтэг застает жену без сознания. Она отравилась снотворным — не в результате отчаянного желания расстаться с жизнью, но машинально глотая таблетку за таблеткой. Впрочем, все быстро встает на свои места. По вызову Монтэга быстро приезжает «скорая», и техники-медики оперативно проводят переливание крови с помощью новейшей аппаратуры, а затем, получив положенные пятьдесят долларов, удаляются на следующий вызов.

Монтэг и Милдред женаты уже давно, но их брак превратился в пустую фикцию. Детей у них нет — Милдред была против. Каждый существует сам по себе. Жена с головой погружена в мир телесериалов и теперь с восторгом рассказывает о новой затее телевизионщиков — ей прислали сценарий очередной «мыльной оперы» с пропущенными строчками, каковые должны восполнять сами телезрители. Три стены гостиной дома Монтэгов являют собой огромные телеэкраны, и Милдред настаивает на том, чтобы они потратились и на установление четвертой телестены, — тогда иллюзия общения с телеперсонажами будет полной.

Мимолетные встречи с Кларисой приводят к тому, что Монтэг из отлаженного автомата превращается в человека, который смущает своих коллег-пожарных неуместными вопросами и репликами, вроде того: «Были ведь времена, когда пожарники не сжигали дома, но наоборот, тушили пожары?»

Пожарная команда отправляется на очередной вызов, и на сей раз Монтэг испытывает потрясение. Хозяйка дома, уличенная в хранении запрещенной литературы, отказывается покинуть обреченное жилище и принимает смерть в огне вместе со своими любимыми книгами.

На следующий день Монтэг не может заставить себя пойти на работу. Он чувствует себя совершенно больным, но его жалобы на здоровье не находят отклика у Милдред, недовольной нарушением стереотипа. Кроме того, она сообщает мужу, что Клариссы Маклеланд нет в живых — несколько дней назад она попала под автомобиль, и ее родители переехали в другое место.

В доме Монтэга появляется его начальник брандмейстер Битти.

Он почуял неладное и намерен привести в порядок забарахливший механизм Монтэга. Битти читает своему подчиненному небольшую лекцию, в которой содержатся принципы потребительского общества, какими видит их сам Брэдбери: «…Двадцатый век. Темп ускоряется. Книги уменьшаются в объеме. Сокращенное издание. Содержание. Экстракт. Не размазывать. Скорее к развязке. Произведения классиков сокращаются до пятнадцатиминутной передачи. Потом еще больше: одна колонка текста, которую можно пробежать глазами за две минуты, потом еще: десять — двадцать строк для энциклопедического словаря… Из детской прямо в колледж, а потом обратно в детскую».

Разумеется, такое отношение к печатной продукции — не цель, но средство, с помощью которого создается общество манипулируемых людей, где личности нет места.

«Мы все должны быть одинаковыми, — внушает брандмейстер Монтэгу. — Не свободными и равными от рождения, как сказано в Конституции, а… просто одинаковыми. Пусть все люди станут похожи друг на друга как две капли воды, тогда все будут счастливы, ибо не будет великанов, рядом с которыми другие почувствуют свое ничтожество».

Если принять такую модель общества, то опасность, исходящая от книг, становится самоочевидной: «Книга — это заряженное ружье в доме у соседа. Сжечь ее. Разрядить ружье. Надо обуздать человеческий разум. Почем знать, кто завтра станет мишенью для начитанного человека».

До Монтэга доходит смысл предупреждения Битти, но он зашел уже слишком далеко. Он хранит в доме книги, взятые им из обреченного на сожжение дома. Он признается в этом Милдред и предлагает вместе прочитать и обсудить их, но отклика не находит.

В поисках единомышленников Монтэг выходит на профессора Фабера, давно уже взятого на заметку пожарниками. Отринув первоначальные подозрения, Фабер понимает, что Монтэгу можно доверять. Он делится с ним своими планами по возобновлению книгопечатания, пока пусть в ничтожных дозах. Над Америкой нависла угроза войны — хотя страна уже дважды выходила победительницей в атомных конфликтах, — и Фабер полагает, что после третьего столкновения американцы одумаются и, по необходимости забыв о телевидении, испытают нужду в книгах. На прощание Фабер дает Монтэгу миниатюрный приемник, помещающийся в ухе. Это не только обеспечивает связь между новыми союзниками, но и позволяет Фаберу получать информацию о том, что творится в мире пожарников, изучать его и анализировать сильные и слабые стороны противника.

Военная угроза становится все более реальной, по радио и ТВ сообщают о мобилизации миллионов. Но еще раньше тучи сгущаются над домом Монтэга. Попытка заинтересовать жену и ее подруг книгами оборачивается скандалом. Монтэг возвращается на службу, и команда отправляется на очередной вызов. К своему удивлению, машина останавливается перед его собственным домом. Битти сообщает ему, что Милдред не вынесла и доложила насчет книг куда нужно. Впрочем, ее донос чуть опоздал: подруги проявили больше расторопности.

По распоряжению Битти Монтэг собственноручно предает огню и книги, и дом. Но затем Битти обнаруживает передатчик, которым пользовались для связи Фабер и Монтэг. Чтобы уберечь своего товарища от неприятностей, Монтэг направляет шланг огнемета на Битти. Затем наступает черед двух других пожарников.

С этих пор Монтэг становится особо опасным преступником. Организованное общество объявляет ему войну. Впрочем, тогда же начинается и та самая большая война, к которой уже давно готовились. Монтэгу удается спастись от погони. По крайней мере, на какое-то время от него теперь отстанут: дабы убедить общественность, что ни один преступник не уходит от наказания, преследователи умерщвляют ни в чем не повинного прохожего, которого угораздило оказаться на пути страшного Механического Пса. Погоня транслировалась по телевидению, и теперь все добропорядочные граждане могут вздохнуть с облегчением.

Руководствуясь инструкциями Фабера, Монтэг уходит из города и встречается с представителями очень необычного сообщества. Оказывается, в стране давно уже существовало нечто вроде духовной оппозиции. Видя, как уничтожаются книги, некоторые интеллектуалы нашли способ создания преграды на пути современного варварства. Они стали заучивать наизусть произведения, превращаясь в живые книги. Кто-то затвердил «Государство» Платона, кто-то «Путешествия Гулливера» Свифта, в одном городе «живет» первая глава «Уолдена» Генри Дэвида Торо, в другом — вторая, и так по всей Америке. Тысячи единомышенников делают свое дело и ждут, когда их драгоценные знания снова понадобятся обществу. Возможно, они дождутся своего. Страна переживает очередное потрясение, и над городом, который недавно покинул главный герой, возникают неприятельские бомбардировщики. Они сбрасывают на него свой смертоносный груз и превращают в руины это чудо технологической мысли XX столетия.

Источник:

schoolessay.ru

Тема и образ книги в романе р

Тема и образ книги в романе р. брэдбери «451° по фаренгейту»

Тема и образ книги в романе Р. Брэдбери «451° по Фаренгейту»

Данная статья посвящена ключевой теме романа Р. Брэдбери «451° по Фаренгейту» - книге, которая является символом, воплощающим идею традиционных человеческих ценностей, разума и духа. Особое внимание обращено описанию Р. Брэдбери книги как вещественного предмета и образу «люди-книги». Ключевые слова: образ книги, роман-антиутопия, массовая культура, одномерный человек, литературная традиция.

Прошлое тысячелетие, тесно связанное с массовой культурой, стало эпохой «одиночества среди толпы» (Рисмен), поэтому книга, с ее традиционной близостью к человеку, с особыми «интимными узами между автором и его читателем» [6, с. 8], с возможностью через нее «познавать мир индивидуально, вне коллективного сознания общины» [8, с. 15], оказалась так важна. По сравнению с агрессивными способами воздействия на сознание (реклама, телевидение, радио, интернет, регулирование потребления), книга не довлеет над человеком, только он «ее властелин» [2, с. 265]. Кроме того, на фоне беспредметного мира симулякров книга оказалась хранилищем смыслов. Поэтому проблема необходимости дальнейшего существования книг раскрывается во многих созданных в XX в. антиутопиях, где книга выступает «главным символом прошлого, теперь отрицаемого, . главным символом всех старых ценностей» [12, р. 101].

Особенно полно тема книги раскрывается в романе-антиутопии Рэя Брэдбери «451° по Фаренгейту» («Fahrenheit 451», 1953). Его сюжет строится на том, что государство запрещает чтение и предписывает уничтожение книг, а тот, кто их читает, объявляется сумасшедшим. Тема книги в романе тесно связана с феноменом и символическим значением книги, важностью книги для человека и поэтому соприкасается с вечными темами человеческого бытия и сознания. Тема книги в романе связана с процессом постижения героем самого себя через любовь к другим людям, выход из отчуждения, катализатором которому способны послужить книги. Поэтому их образ в романе раскрывается с различных сторон.

Книга в романе - главный враг тоталитарного государства по нескольким причинам. Для Брэдбери она является символом сомнений, сомнения же - это пребывание в нестабильности, пробуждающее интеллект,

способность мыслить [9]. Поэтому книга - опасный инструмент, могущий противостоять массовости сознания и, следовательно, способный разрушить цельность псевдо-счастливого общества, созданного государством. Кроме того, книга - символ традиции, связи с прошлым, «одно из вместилищ, где мы храним то, что боимся забыть», которые «показывают нам поры жизни» [2, с. 264], сложный мир человеческой души.

Любовь к книгам самого писателя позволила ему создать этот роман о книгах1 (написанный, кстати, в подвале библиотеки), заполненный не только цитатами из Библии, многих литературных произведений, разговорами о книгах, но и самим видом книг, их описанием. В романе важно не только отношение к книжной культуре, содержание книги, особое значение имеет и книга как вещественный предмет, форма выражения: «книги пахнут мускатным орехом или еще какими-то пряностями из далеких заморских стран» [Там же, с. 263]. Брэдбери метафорически связывает образ книги с голубем - контрастно белым по сравнению с черным пеплом сгорающего мира, шелестящим крыльями-страницами, или с птицами вообще: «Журналы падали, словно подбитые птицы, а женщина стояла среди этих мертвых тел», «книга, как белый голубь, трепеща крыльями, послушно опустилась прямо ему в руки» [Там же, с. 227-228]. И это не случайно: птицы - символы души человеческой, нечто, принадлежащее небу, миру духа, связь неба и земли.

Именно через книги главный герой находит путь к своему новому Я. Ведь вначале пожарник Гай Монтэг - типичный человек массового общества. Он точно выполняет предписания, не задумываясь о причинах и последствиях. Он не способен чувствовать, почти не способен мыслить. Но часть сознания Монтэга не удовлетворена работой и жизнью в подобном обществе преследования и потребления и своей ролью. Почти неосознанно он совершает преступление - крадет на пожаре книги и пробует их читать. Однако его ум долго продолжает походить на сито, через которое течет, не задерживаясь, песок (смысл прочитанного), ведь сам Монтэг уже оторван от традиции постижения текста. Учителем Монтэга становится профессор Фабер, та самая «семиотическая личность», которая, как считал Лотман, нужна для появления новой «семиотической личности», «читатель, хранящий в памяти некоторые предшествующие сообщения» [7, с. 28]. Ведь жизнь книги как одной из сторон круга коммуникации связана с носителем традиции, памяти, знаний.

1 Как писал Вл. Гаков, это произведение само - символический образ романа автора с книгой [4, с. 291].

Наиболее ярким воплощением такого образа в романе становятся представители контрастного массам меньшинства - люди-книги. Брэдбери создает этот метафорический образ, отчасти прибегая к народной мудрости («ходячая энциклопедия»). Люди-книги - это людское сообщество, чье предназначение - «сохранить знания» [2, с. 323]. Образ людей-книг в романе предстает как полная оппозиция образу представителей большинства - пожарных. Ведь, как говорит предводитель людей-книг, «мы тоже сжигаем книги. <. > Лучше все хранить в голове, где никто ничего не увидит, ничего не заподозрит. Все мы - обрывки и кусочки истории, литературы, международного права» [Там же, с. 323]. Брэдбери осуществляет в романе «идею книги без фактов ее производства» [12, р. 103], ведь книги реализуются наиболее полно в самих людях. Благодаря мыслям, заключенным в книгах, люди-книги надеются помочь человечеству прервать историческую традицию, по которой одно поколение печатает, а другое - сжигает.

Люди-книги - мощный и оригинальный образ Брэдбери (своеобразное переосмысление евангельского образа «Слово стало плотью»), в них в полной мере проявляются надежды писателя на мирное преобразование жизни: люди-книги - не духовные лидеры, а «всего лишь обложки книг» [2, с. 324].

Но в романе присутствует и традиционный образ книги - книги бумажной, которую уничтожает огнем само человечество (отсюда - название романа). Хотя в то же время писатель указывает на сакральную связь человека и книги, особенно важную в эпоху информационной агрессии и новых технологий тем, что книгу «можно победить силой разума» [Там же, с. 265], тогда как мир новой информационной реальности «мнет вас, как глину, и формирует вас по своему желанию» [Там же]. Стены в виде телевизионных экранов - часть массовой культуры, оппозиционной культуре человеческого духа и мысли, символом которых являются книги. Поэтому книга в романе - это камень преткновения и выбора. Отношением к книгам проверяется то, к какому «лагерю» принадлежат герои романа - к мыслящему меньшинству или бездуховному большинству.

Книга для массовой культуры - «заряженное ружье» и паутина слов, ведь иногда это сила более серьезна, чем любые медиа-средства. Книга способна показать неисправимую катастрофу мира и жизни человека тем, что включает и стимулирует его сознание. Для Брэдбери важно, что книги не только вместилища информации, что они способны не только научить, а взывают к душе человека, оживляют ее. В них проявляется надмирная природа человека, его высшее духовное естество - способность к творчеству, созданию мира. За каждой из книг стоит человек, не

сразу понимает Монтэг, поэтому уничтожение книг равно самоуничтожению (отсюда в романе Феникс как символ человечества). А видимое разногласие книг, подчеркиваемое Битти, - это всего лишь разнообразие, возможность узнать разные точки зрения и найти свою. Человек не должен слепо повиноваться книгам, как и велениям общества. Ведь книги сами по себе не идеальные ценности. Если их содержание несет зло, то это «устрашающий бастион, таящий в себе смертные приговоры. перечень поражений. нагромождение войн, склок, депрессий, эпидемий, этот водоворот кошмаров, эти катакомбы бреда и головоломных лабиринтов, которые бьются, ища выход и не находя его» [1, с. 417]. Книга может быть вместилищем кошмарных идей, носителем зла. Однако Брэдбери настаивает на сохранении любой книги, ведь каждая - артефакт истории и культуры человечества. По мнению философа Ортеги-и-Гассе-та, «сущность человека заключается в его истории и, стало быть, всякое пренебрежение историей самоубийственно. Беспамятство, безразличие к прошлому приводит. к возвращению варварства» [10].

Уничтожение книг во все времена человеческой истории выявляет нетерпение инакомыслия, ведь это не только практический, но и символический акт порывания с традицией, с определенным учением, отрицание знания, воспринимаемого как ложное, «своего рода лекарство» [6, с. 219]. Ведь в книге особенно ясным становится власть слова, логоса. Поэтому и в романе книга наделяется остротой скальпеля, взрезая оболочку бесчувственности и замкнутости на себе «одномерного человека». Книга, как говорит одна из подруг Милдред, «ранит душу» словами, проникающими через панцирь душевного сна. И извечный выбор между таким спокойствием и мятежностью знания оказывается выбором между причастностью к божественному и жизнью животного.

Роман Брэдбери наглядно показывает механизм воздействия на человека книги, этого «предела совершенства в сфере воображаемого» [Там же, с. 9]. В книжной культуре проявляется не только прошлое, но и величие человечества, способность человека к богоравному делу - творчеству. Книги никогда не утрачивают актуальности - ведь человеческая природа, о которой написаны лучшие из них, неизменна в любой век, даже в век техники. В эпоху всеобщей разобщенности, духовного одиночества, когда человек словно бы «посторонний» для всего мира, книга оказывается другом, собеседником, зеркалом и хранилищем ценностей и отличных друг от друга точек зрения. Книга способна помочь найти себя в мире массового сознания, научить не бояться быть в меньшинстве. По слову И. Бродского, литература учит «частности человеческого существования» [3, с. 7-8]. Книга раскрывает человеку не только мир, но

и себя, «помогает человеку уточнить время его существования, отличить себя в толпе как предшественников, так и себе подобных» [3, с. 9]. Книги тем и опасны для массового и тоталитарного общества, что они открывают горизонт. Поэтому в романе Брэдбери книги под таким строгим запретом - ведь чем «богаче эстетический опыт индивидуума, тем тверже его вкус, тем он свободнее» [Там же, с. 11]. И именно поэтому вся история человечества связана с уничтожением книг, «как будто книги и свобода слова, символом которой они сразу же стали, породили такое же количество цензоров» [6, с. 10].

Однако в настоящее время книги не нужно сжигать или запрещать -главная опасность живет в самих людях, все меньше ими интересующихся. Ведь наиболее опасно не давление извне - опасность таится в сознании человека, в латентном нежелании думать, расти, сознавать себя существом надмирного порядка. «В нашем обществе книг больше не жгут по приказу Гитлера или святой инквизиции. Их делают бесполезными, их удушают изображениями, звуками, предметами», - писал Фр. Трюффо, создатель кинофильма по роману Брэдбери [цит. по: 11]. Поэтому так актуален и важен роман «451° по Фаренгейту», в котором книга является доминантной темой, помогающей постижению человека, раскрывающей его сознание. Образ книги в романе насыщен смыслами, символическим наполнением, в конечном счете, связанными с библейской и христианской образностью и символизмом, включающими текст романа в круг высочайшей организации, сильнейшей смысловой наполненности. Образ книги восходит к своему первообразу - Книге книг, Библии, делая человека читающего носителем высочайшей духовной культуры. Книга в романе Брэдбери как особая смысловая спираль закручивает вокруг себя сюжет и персонажей, так что роман становится редким случаем «книги о книгах». А книга в настоящее время, как и всегда - это, как сказал великий Виктор Гюго, «обетованное убежище для мысли на случай нового всемирного потопа, нового нашествия варваров» [5, с. 335].

1. Брэдбери Р. Смерть - дело одинокое: Роман. М.; СПб., 2009.

2. Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту // Брэдбери Р. Марсианские хроники: Сб. М., 2002. С. 197-334.

3. Бродский И. Власть стихий: эссе. СПб., 2010.

4. Гаков В. Побег из детства. Жизнь и книги Рэя Брэдбери // Брэдбери Р.Д. Избр. соч.: В 3 т. Т. 3. Что-то страшное грядет: Роман. Канун Всех святых: Повесть. М., 1992. С. 272-302.

5. Гюго В. Собор парижской богоматери // Гюго В. Собр. соч.: В б т. Т. I. М., І988.

6. Карьер Ж.-К., Эко У. Не надейтесь избавиться от книг! / Пер. с франц. СПб., 20І0.

7. Лотман Ю. М. Мозг - текст - культура - искусственный интеллект // Лот-ман Ю. М. Избр. ст.: В 3 т. Т. I. Ст. по семиотике и типологии культуры. Таллинн, І992.

8. Маклюэн М. Галактика Гутенберга: Становление человека печатающего. М., 2005.

9. Ортега-и-Гассет Х. Сомнение и верование. - «Пучина сомнений». - Место идей. // Ортега-и-Гассет Х. Идеи и верования. URL: http://www.gumer.info/ bibliotek_Buks/Culture/Ortega_Idea/03.php (дата обращения: 28.І0.20ІІ).

10. Ортега-и-Гассет Х. Человеческая неблагодарность и нагая реальность // Ортега-и-Гассет Х. Идеи и верования. URL: http://www.gumer.info/ bibliotek_Buks/Culture/Ortega_Idea/05.php (дата обращения: 28.І0.20ІІ).

11. Ханютин Ю.М. Реальность фантастического мира: Проблемы западной фантастики. Выдежка из книги. URL: http://raybradbury.ru/articles/f45i-hanutin/ (дата обращения: 28.І0.20ІІ).

12. Touponce W. Ray Bradbury and the Poetics of Reverie: Fantasy, Science Fiction, and the Reader. UMI Research Press, І984.

Источник:

psibook.com

Брэдбери Р. 451' по Фаренгейту. Рассказы в городе Нижний Новгород

В данном интернет каталоге вы имеете возможность найти Брэдбери Р. 451' по Фаренгейту. Рассказы по доступной стоимости, сравнить цены, а также изучить похожие книги в категории Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Транспортировка выполняется в любой населённый пункт России, например: Нижний Новгород, Тюмень, Красноярск.